Добрый день!

Это сообщество посвящено такому кинку!, как стаффинг (stuffing)

Стаффинг (от англ. "stuff" - набивать, наполнять) - наполнение живота едой и ощущение удовольствия от тугости живота.

Наша цель - собирать и творить в сфере кинка. Это означает находить и постить фанфики и картинки по теме стаффинга. Так же не обойдем вниманием рассказы (или, как их принято называть в Сетях, - ориджиналы), отрывки из книг, песни на тему, видео. Но видео достаточно много, так что давайте находить только постине стоящие.

Что касается творить, мы открыты для сотрудничества: роллевые, фанфики, рассказы в соавторстве - пожалуйста. Давайте будем творить, а не только собирать то, что уже сотворено другими.

Прошу вас заметить, что мы, в основном, не принимаем фото с людьми - крайне редко. Поэтому желающие запостить фото с реальными людьми согласовывают это с Администрацией, то есть, с нами.

Обязательно отмечайте в темах, к какому разделу (книги, музыка, аниме, видео, истории из жизни, фанфикшн, ориджинал, рассказ, кино, картинки, роллевые, etc) относится пост, так же самостоятельно просим ставить в темы названием фандома.

Мы открыты для связи, пишите на u-mail.

Наша официальная группа в Deviantart. kuroshitsujistuffing.deviantart.com/

С уважением, Объевшийся Дьявольский Дворецкий. )
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
21:36 

EvilStufferSebastian

Вопрос: Оценка?
1. 3  3  (50%)
2. 4  1  (16.67%)
3. 5  2  (33.33%)
Всего: 6

@темы: Темный Дворецкий, Стаффинг, Картинки, Живот, Аниме, Stuffing

21:39 

EvilStufferSebastian

Вопрос: Оценка?
1. 3  3  (60%)
2. 4  0  (0%)
3. 5  2  (40%)
Всего: 5

@темы: Темный Дворецкий, Стаффинг, Книги, Картинки, Живот, Аниме, Stuffing

21:46 

Коварный завтрак демонического дворецкого

EvilStufferSebastian
Название: Коварный завтрак демонического дворецкого
Автор: EvilStufferSebastian
Фэндом: Kuroshitsuji
Персонажи: Себастьян/Сиэль
Рейтинг: PG-13
Жанры: Романтика, Повседневность, Hurt/comfort
Краткое описание: Юный граф бывает так неосторожен, поддаваясь своей гордыни. Это может сыграть крайне опасную карту в будущем. Себастьян решает использовать демонический трюк, чтобы показать Сиэлю, что довольно часто в своих решениях он все еще ребенок.



- Сегодня на завтрак запеканка с курагой, политая растопленным молочным шоколадом с тертыми лесными орехами, фруктовый десерт с кусочками мандаринов, киви, бананов и клубники, залитые сиропом манго с клубникой и сверху со взбитыми сливками и засахаренной вишенкой.
Дворецкий с учтивой улыбкой повязал салфетку юному господину.
- Вишня вкусная? -поинтересовался вечно хмурый Сиэль.
- Я же чертов дворецкий, как у меня могут быть невкусными вишенки? - в глазах Себастьяна пробежала пара игривых чертиков.
- Себастьян! - крикнул на него Сиэль.
- Я всего лишь о том, - Себастьян наклонился, и горячее дыхание ударило в ухо мальчику, Сиэль вздрогнул - что как дворецкий семьи Фантомхайв я обязан заспиртовать лучшие вишенки!
Себастьян это сказал с таким выражением лица как будто принадлежал к героям, каждодневно спасающим мир... в какой-то степени это было правдой, только вместо мира был его юный господин.
- Положи мне запеканки,- сказал Сиэль.
- Слушаюсь.
Себастьян поделил запеканку на ровные четверти и положил один кусочек на тарелку Сиэлю. Сиэль отщипнул кусочек вилкой и поднес ко рту - запеканка оказалась такой нежной и необычайно вкусной: растопленный молочный шоколад таял во рту и прекрасно гармонировал с легким творожным тестом и курагой.
- Еще?
-Пожалуй, - кратко ответил Сиэль, так и не похвалив дворецкого за старания. Задумавшись о каких-то важных делах, Сиэль не заметил, как доел положенный второй кусок и что дворецкий незаметно для него самого положил ему следующий. Размышляя, Сиэль продолжал есть. Это было крайне необычно для него. Обычно он мало ел и хорошо ощущал, когда наелся. Собственно, он никогда не наедался. Обычно чай и пирожное или легкий салат служили ему завтраком, часто обедом и ужином. Себастьян мог приготовить, что угодно. Но Сиэль часто отказывался от плотного обеда, будучи занятым более важными делами, требующими чистого разума. Не заметив, как доел всю запеканку и отмахнувшись от этого знания, он захотел пить и приказал налить еще чаю. Себастьян кивнул и налил ароматный черный чай с имбирем и апельсиновой цедрой в изящную фарфоровую чашку.
Сиэль выпил всю чашку и откинулся на кресле, рука его инстинктивно легла на живот.
- Что-то я уже не могу размышлять о деле, о котором писала Королева...
- Вас ждет десерт,- напомнил Себастьян.
- Десерт?!
Сиэль тяжело выдохнул.
- Думаю, я откажусь от десерта.
- Свежие фрукты с клубнично-манговым сиропом и взбитыми сливками.
- Не соблазняй меня, Себастьян.
- Приготовленный по древней книге рецептов...
- Ладно, я попробую, все равно мне уже не думается так, как нужно.
Прежде, чем Сиэль успел бы задуматься, Себастьян ловко поставить бокал с десертом перед ним, взял "пьяную вишенку" сверху, элегантным движением руки, не сводя демонического взгляда с юного господина, сильнее обмакнул ее в сливки и протянул к губам своего хозяина.
Сиэль посмотрел на Себастьяна – тот довольно улыбался, а глаза его были каким-то другими, это заставило Сиэля усомниться в искренности действий дворецкого, но мысли о деле, вновь пришедшие в его разум, отвлекли его от подозрений. Сиэль открыл рот. Чувствовать власть было все так же приятно. Себастьян даже кормит его, всего лишь слуга, демон-слуга, игрушка для графа. Вкус отвлек Сиэля от размышлений. Это было... восхитительно! Никогда еще "пьяные вишни" с сиропом не казались таким вкусными. Он чувствовал дьявольски чудесное сочетание вкуса свежие взбитых сливок и вишни. Себастьян дьявол на кухне. Каким и должен быть дворецкий семьи Фантмохайв: безупречен во всем.
- Еще, - приказал Сиэль властно. Ему нравилось руководить Себастьяном.
Себастьян хитро улыбнулся.
"Когда-то вы попадетесь в ловушку собственной гордыни, бо-чан"
Себастьян взял ложку, с искусным движением обмакнул поглубже, чтобы зачерпнуть еще и сиропа в добавку к сливкам и протянул ложку к губам Сиэля – Сиэль открыл рот, наслаждаясь вкусом. Кажется, он не ощущал, как наелся.
- Еще.
- Конечно, мой господин.
"Вошли в раж? О, вам так нравится командовать".
На столе красовался пустой бокал, но глаза Сиэля по прежнему горели. Приказы так чудесно отдавать. Сиэлю хотелось продолжить эту игру. Его желание не давало ему замечать того, что он уже давно сыт и более того.
- Что еще ты приготовил? - равнодушно поинтересовался он, водя ложкой по пустому бокалу.
- О, бо-чан сегодня с хорошим аппетитом. Угадайте, - лукаво сказал он и поставил на стол блюдце, закрытое аккуратной крышечкой.
- Мое любимое пирожное?
- Точно.
Себастьян снял крышечку, и внутри оказалось пирожное с черникой, джемом и листочком мяты для украшения и вкуса.
- Неплохо.
Себастьян услужливо отщипнул кусочек и направил к губам властного Сиэля. В животе Сиэля что-то дернуло, но Сиэль отмахнулся и продолжил игру.
- Вкусно, мой господин?
- Неплохо.
"Неплохо"... Это превосходно. Иначе быть не может. Какой же вы все таки, господин".
- Подать вам еще чаю?
- Да.
Себастьян налил чаю господину, Сиэль допил чашку и уже серьезно осознал свою ошибку: желудок, не привыкший к такому количеству сладкой еды, изнывал. Это произошло как-то слишком быстро - боль появилась слишком быстро. Сиэль еще хотел наказать Себастьяна еще какой-то причудой, но теперь вынужден был позаботиться о собственном здоровье.
Сиэль тихо простонал, схватившись за живот.
- Что с вами? Вам плохо? - как будто не причем спросил Себастьян.
"Я знал, что вы попадетесь, бо-чан". На миг глаза Себастьяна сверкнули демоническим малиновым.
- Давайте я вас отнесу в кровать, - Себастьян взял на руки Сиэля. Сиэль сморщился от боли. Наблюдая за его выражением лица, Себастьян подумал: "Кажется, я перестарался. Ох, бо-чан, сами виноваты. Вы, порой, так неразумно горды. Это может быть опасным. Теперь вы поймете, как это бывает неразумно и может навредить вам. Вы все еще ребенок, бо-чан".
Себастьян пытался застегнуть пуговицы на ночной рубашке графа, но из-за огромного живота они никак не хотели поддаваться. Сиэль покраснел.
- Оставь, - Сиэль раздраженно убрал его руку и лег. Меньше всего его сейчас волновало, застегнуты ли идеально пуговицы на его ночной рубашке. Более того, они жали. Сиэль тихо лежал. Живот очень болел, Сиэлю хотелось стонать, но он сдерживал стоны. Графу не полагается быть слабым. Никогда. Он тихо лежал на кровати, поджав коленки под больное место и не двигаясь, слушая собственное дыхание.
- Выпейте, - Себастьян поставил на тумбочку рядом с ним лекарство и стакан воды.
Сиэль приподнялся, поморщившись вновь и сдержав стон, и выпил таблетку, запив небольшим количеством воды. Желудок даже на такое количество жидкости отреагировал болью. Сиэль не сдержал стона.
- Спокойной ночи, - будто не замечая слабости господина, привычно сказал Себастьян, задул свечу и направился к двери. Себастьян собирался уходить из спальни. Сиэлю очень не хотелось этого. Он так же не хотел признавать себя слабым. Слабость неуместна никогда в его жизни. Если он будет слабым хоть на мгновение, враг победит его. Если он позволит себе слабость, какой же он господин демона? Но сейчас... ему было так больно, так плохо.
- Се-бастьян... П-подожди, Себастьян, - не выдержал Сиэль.
Дворецкий хитро улыбнулся и повернулся с выражением лица как не в чем не бывало.
- Да, мой господин?
Сиэль покраснел и опустил глаза. Он чувствовал себя таким слабым. Он чувствовал, что проиграл.
- Останься со мной...
- Слушаюсь, - Себастьян присел на кровать.
"Вот так, бо-чан. Вы, наконец, поняли. Поняли же?"
Себастьян посмотрел на Сиэля. Глаза Сиэля были опущены, а щеки горели, на лице, как Сиэль не пытался скрыть, отражалась боль. Затем Себастьян обратил внимание на огромный живот господина и по-доброму усмехнулся.
"Ах, бо-чан, бо-чан", - подумал Себастьян, и его рука скользнула под рубашку. Сиэль широко округлил глаза, почувствовав прикосновения Себастьяна. Теплая рука дворецкого нежно гладила его живот, и это успокаивало боль, но…
- Се-себастьян! Ты что делаешь?! Немедленно прекрати! – рявкнул мальчишка.
Себастьян немного удивился, после чего улыбнулся и убрал руку.
- Да, мой господни.
Это «Да, мой господин» так же начинало раздражать. Стоп. Слишком безупречный дворецкий. Слишком безупречный завтрак. Так... много завтрака. Слишком услужливый Себастьян. Сиэль широко открыл глаза: он понял.
«Он поигрался со мной! Не я с ним, а он со мной. Демон поигрался с душой, принадлежащей ему, облачившись в маску учтивого дворецкого. Показал истинные трюки... »
Сиэлю стало обидно. На глаза чуть не наворачивались слезы. Он хотел злиться, но злиться не мог.
- Себастьян, ты это специально!
- Что, мой господин?
- Устроил этот вкусный завтрак, ты одурманил меня! Не смей больше так делать!
- Это для вашего собственного блага, мой господин, - усмехнулся Себастьян.
- Какое такое благо, если у меня сейчас болит живот?!
- Видите ли, вы были так горды и самоуверенны, что пренебрегли вашим здоровьем. Впредь, будьте осторожнее.
- Пошел к черту, Себастьян!- не выдержал мальчишка.
- Слушаюсь, - Себастьян встал и направился к двери.
- Нет! Стой. Ты останешься здесь.
- Как вам будет угодно, - Себастьян присел на край кровати возле господина. Сиэль злился на дворецкого, придумывая, как его наказать за все это. На время он забыл о боли, но вскоре живот опять напомнил о себе. Сиэль простонал.
Дворецкий уже обеспокоенно посмотрел на мальчишку: таблетки должны были подействовать, но желудок юного графа сильно болел, раз он не смог сдержать стон.
Тогда Себастьян потянулся к животу графа рукой и заботливо расстегнул пуговицы ночной рубашки, которые давили на живот Сиэля. Затем коронно снял зубами одну из перчаток, и стал нежно гладить теплой ладонью живот графа. Сиэль уже не возражал. Ему было так больно, а рука Себастьяна забирала боль. Это было очень приятно, когда Себастьян гладил ему живот. Теплые прикосновения дворецкого к его животу возбуждали. Он уже постанывал от сладкой боли возбуждения, смешанной с болью в животе. Тело горело. Ему было так жарко. Это все чай... или Себастьян... кто-то из них... Сиэль был готов забыться в этом наслаждении, но в животе что-то забурлило и он икнул. Это заставило его вернуться в реальность и смутиться.
– Вам легче? - не обращая внимания на это, спросил Себастьян, убирая волосы со лба Сиэля.
- Да, - Сиэль изобразил недовольство в голосе, хотя сам только что чуть не забылся в ласке дворецкого.
- Вот и хорошо, - Себастьян внезапно потянулся к нему губами, Сиэль обескураженно смотрел на него, затем икнул, Себастьян хихикнул и поцеловал юного господина.
- Ничего смешного, - буркнул недовольный господин, смущенный поцелуем.
- Простите, – улыбнулся Себастьян, вновь потянулся губами к нему, нежными прикосновениями вынуждая рот Сиэля приоткрыться.
Юный господин покраснел, но упираться не стал. На удивление, это было так приятно, когда язык Себастьяна поглаживал его язык, танцевал с ним Danse macabre. Танец смерти. Танец со своим демоном. Сиэль вдруг вспомнил про упомянутое дворецким мастерство завязывать языком черенки от вишенок. Его демон безупречен и в этом, и в поцелуях. Вот только бы он не испробовал свои демонические трюки на нем.
"Неужели вы до сих пор не поняли? Ах, граф. Придется еще многому учить вас", - думал Себастьян, поглаживая живот юного господина и спускаясь все ниже. Он нежно целовал шею Сиэлю. Сиэль весь оторопел. Чувства наслаждения, смущения и праведного возмущения переполняли его. Как он, всего лишь дворецкий, может так управлять им?! Сначала он сыграл на нем свои темные трюки, затем стал... поглаживать его тело...
- Себастьян, прекрати немедленно!
- Вам не понравилось? - невозмутимо ответил дворецкий.
Сиэль покраснел.
- Я... Ты не имеешь права... !
- Вы же мой господин, - нежно протянул Себастьян, смотря своими демоническими глазами в глаза мальчику.
"Ах, бо-чан, не могу устоять перед вами, все же. Вы практически как котенок для меня. Такой маленький. И такой строгий одновременно. Умилительны в своем желании быть достойным".
- Дворецкий не должен позволять себе такого хамства! - сказал Сиэль, пытаясь казаться как можно более уверенней, но его тело все дрожало от возбуждения.
- А я не просто дворецкий – я чертов дворецкий семьи Фантомхайв, никогда не забывайте этого, - улыбнулся Себастьян.
От такой наглости дворецкого Сиэль не сразу нашелся, что ответить.
- Закрывайте глаза и засыпайте, - ласково сказал Себастьян, применив свое самое сильное оружие. Против его ласки было очень трудно сказать свое хозяйское слово и... не хотелось. Слишком хотелось спать. Сиэля разморило. Одновременно он был возбужден, и любое слово, выданное им сейчас, могло своим тоном поставить графа в еще более неловкое положение, чем сейчас. Живот практически прошел. Это радовало. Но Сиэль взял на заметку быть осторожным с Себастьяном.
"Ох, совсем не то, чему я хотел вас научить, бо-чан, - подумал Себастьян. - Ну да ладно. На сегодня хватит. У нас еще много уроков впереди".
Сиэль послушно закрыл глаза, наслаждаясь поглаживаниями демонических рук Себастьяна.
- Спите спокойно, мой господин, и пусть боль уходит с каждым прикосновением моих рук, - сказал дворецкий, и Сиэль уснул. Ему снилось, что дворецкий танцует с ним, обхватив за талию и нежно целует, а все на балу ахают от удивления. Сиэль краснел от смущения, а Себастьян подхватывал его на руки, прыгал с ним на руках в окно - и они оказывались на сиреневых лепестках роз. Они целовались и говорили всю ночь...

Вопрос: Оценка?
1. 3  1  (16.67%)
2. 4  1  (16.67%)
3. 5  4  (66.67%)
Всего: 6

@темы: Фанфикшн, Темный Дворецкий, Стаффинг, Живот, Аниме, Stuffing

21:50 

Чревоугодие

EvilStufferSebastian
Название: Чревоугодие
Автор: EvilStufferSebastian
Бета: Черная Пантера
Фэндом: Kuroshitsuji 2
Персонажи: Клод/ Алоис
Рейтинг: PG-13
Жанры: Повседневность, POV, Hurt/comfort, Эксперимент
Краткое описание: За окном льет дождь неделю, Алоису скучно, и Клод обязан придумать, чем занять графа. Грехи? Очень кстати. Один из них - Чревоугодие.



За окном лил привычный дождь. Вот уже неделю небо было покрыто тучами, и Его Высочество напрочь отказывался выходить на улицу, каждый день срывая свою злость на поданных. За эту неделю Ханну и тройняшек били по лицу, по рукам, по спине, швыряли какие-то предметы, без конца орали... Все это не могло не радовать Клода. Ему доставляло удовольствие видеть господина в гневе, когда его душа преображалась, и гнев мог подчеркнуть пикантный вкус этой пылающей сущности. Но он понимал: если так и дальше будет продолжаться, рано или поздно господин совершит непростительную ошибку, сорвавшись на нем. Поэтому демон старался занять господина, обучая Алоиса танцу, разучивая новую песню на фортепиано, чередуя с игрой в шахматы и изучением латыни. Но видно было, что Алоис весь аж кипит от скуки. Нужно было срочно придумать новую игру. Клод ухмыльнулся. Демоны - мастера игр с людьми.

- "Княжеский жасмин" с тортом "Красный вальс", Ваше Высочество, - Клод наклонился, поставив на стол черный чайник с золотистым узором, и такую же чашку, затем он поставил на стол торт, перед соблазнительным ароматом которого господин вряд ли устоял бы. Шоколадные нотки в сочетании с клубникой, черешней и взбитыми сливками подобраны в идеальной пропорции, сверху торт присыпан шоколадной стружкой. Дворецкий наливал Алоису чай. Тот, нетерпеливый, как ребенок, запустил пальцы в пену сливок на верхнем корже, не дожидаясь, пока Клод закончит сервировку. Слизывая крем с кончиков пальцев, он спросил:

- Какие будут развлечения после ужина, Клод? - загадочная улыбка демона вселяла в него надежду, что на вечер запланировано что-то особенное, способное развеять скуку. Алоис отщипнул еще кусочек торта. Сладкий вкус был необычайно приятным. - Отличный шоколад. Нет, молчи, я не хочу знать, что это за сорт какао и где он был произведен, просто подавай на стол, а то я умру голодной смертью, пока ты копаешься, - сказав это, Алоис отодвинулся от стола и стал играть приборами, опасно крутя нож. Клод ухмыльнулся, нарезая торт, и подал кусочек на тарелке.

- Вы можете порезать себя, - сказал он спокойно. Глаза демона блеснули. Кровь... Человеческая кровь, кровь, в которой чувствуется привкус души. Он был бы рад почувствовать этот дерзкий запах вновь. Но сейчас... будет несколько другая игра. Демон хитро прошелся взглядом по телу Алоиса. Он снял с себя черную ленту. Она оказалась очень длинной. Она все тянулась и тянулась, к удивлению юного господина. Удивленные голубые глаза души смотрят на демона. Превосходно. Неужели он думал, что все, что пред ним, настоящие? Тело демона, его одежда? Как глупо, человек. Все это лишь туман. Клод хмыкнул, прожигая господина взглядом в предвкушении игры. Грехи. Греховная игра. Иногда можно и проявить свою истинную сущность. Это не перечит Контракту. Душа господина сама жаждала этого.

В мгновение Клод оказался за спиной Алоиса и связал его руки за спиной черной лентой.
- Теперь начнем... ужин, - прозвучал ледяной тон демона. Он силой открыл рот господина, засунув внутрь палец и потянув вниз. Другой засунул ложку с тортом в рот господину.

Алоис вздрогнул от неожиданности, но не нашел причин для сопротивления, и послушно съел порцию. Нежное шоколадное тесто, пропитанное сиропом, слоями чередующееся с ягодной начинкой, сладкой, но не приторной - великолепное ощущение. Он с энтузиазмом глотал торт ложку за ложкой. Алоис даже находил привлекательным, что его слуга, исполнявший любое желание, потакающий каждому капризу, удовлетворял его потребность в пище, кладя аппетитные кусочки прямо в рот. Единственным нюансом оставались связанные за спиной руки. Алоис не осознавал своей беспомощности, наивно полагая, что контролирует ситуацию.

- Дай чаю, мне нужно запить, - приказал Алоис.
Клод взял чашку и поднес к губам молодого господина, наклоняя чашку периодически. Демон наблюдал, как теплая жидкость глотками перемещалась по горлу господина. Его всегда привлекало и отвращало человеческое тело. Было интересно наблюдать за господином. Все же какое грязное и жадное человеческое тело. Оно без конца требует еды. Каждый день он что-то готовил для Алоиса. Это несравнимо с поглощением души. Ощущением того особенного запаха, который источает нужная душа, выслеживанием, игрой, масочничеством, притворством, угождением, исполнением всех желаний, которые на самом деле не нужны этой душе и, наконец, поглощением, сочетанием с ней, единством вкуса.

Клод поставил пустую чашку на стол и промокнул губы Алоиса салфеткой. Игра в дворецкого доставляла ему удовольствие, но еще большее удовольствие он получит от сегодняшней игры. Демон поднес тарелку со следующим куском торта к губам Алоиса, отклол кусочек вилкой и стал кормить Алоиса далее, наблюдая за тем, как кусок за кусок исчезает во рту господина. Третий круг Ада, господин, согласно вашим человеческим книгам. Третий круг Ада... Люди так много любят придумывать про место, откуда мы. Я опущу вас в Третий круг Ада.

После третьего куска и второй чашки чая Алоис вполне наелся, чувствуя внутри приятную тяжесть, но не стал останавливать своего слугу, продолжавшего кормление. Его сегодняшний каприз - вынудить дворецкого самому угадывать желания господина. Он пошевелил плечами. Руки связаны за спиной слишком туго, лента впивалась в кожу, останавливая кровоток и заставляя кисти неметь. Напряженная, неестественная поза вызывала боль в локтях, заставляя усомниться, действительно ли Алоис хозяин положения, или демон, с которым он так любил забавляться, отказался от своей обычной роли и поменял местами игрока и игрушку?

Глотать стало труднее, демон отламывал порции больше, приходилось широко раскрывать рот, чтобы сладкая масса могла проскользнуть внутрь. При этом Клод не снижал темпа, Алоис не успевал как следует прожевать кусочки выпечки и практически давился ими.

Дойдя да пятого куска и прочитав в глазах Алоиса тягостность от такой позиции, Клод остановился на время, положил тарелку с недоеденным куском торта на стол, снял перчатки и, аккуратно сложив их, положил в карман фрака. Дворецкий присел на одно колено возле связанных рук господина и начал растирать их, возобновляя кровоток. Плавное скольжение между ролью услужливого дворецкого и демона, как по нитям паутины. Бабочка, которая попалась в паутину, прилетев на сладкий аромат ягод. Развращенная бабочка, которая жаждет продолжения игры точно так же, как и паук, и поэтому самовольно продолжает глотать ядовитый нектар. Как это похоже на
господина. Клод скользнул опасным взглядом по спине Алоиса и ухмыльнулся.

- Так лучше, Ваше Высочество? - Клод посмотрел на Алоиса одним из своих холодных взглядов. - Продолжим.
Голые пальцы демона захватили засахаренную черешню, обмакнули в сливках торта и отправили в рот господина. Клод знал, что Алоису это понравится. Прикосновение рук идеального дворецкого к губам бесконечно привязанного к нему господина. Забавно. Если бы Клод мог позволить себе ухмыльнутся в данный момент, он бы несомненно ухмыльнулся.

- Я полагаю, мы вернемся к прежнему темпу, - раздался сдержанный голос демона. Клод быстро отломал большой кусочек торта ложкой и скормил Алоису. Кусочек за кусочком - за считанные секунды с пятым куском было покончено. Демон дал Алоису запить, вынудив мальчишку выпить всю чашку после сладкого торта, и точно таким же образом за полминуты скормил шестой кусок. Это было настоящим испытанием для желудка Алоиса. Слишком быстро, чтобы почувствовать вкус, и слишком много, чтобы наслаждаться сытостью. Чувствительность вернулась к затекшим рукам мальчика, принося с собой покалывание и мурашки. Алоис закашлялся, поперхнувшись очередной порцией. Демон подождал, пока он прокашлялся, и продолжил, не снижая скорости, как и обещал. Выпитый чай тяжело плескался внутри, Алоис с трудом глотал новые порции торта, все еще не желая признаться, что больше не может принимать пищу, что разместившийся внутри десерт уже мешает дышать, давя на диафрагму.

Слишком гордый, чтобы признать поражение перед демоном. Своим демоном. Сущностью, которой он был одержим, сам не зная того.
Демон ждал приказа остановиться. Он снизил темп и отламывал куски поменьше, молча наблюдая за выражением лица Алоиса. После очередной проглоченной ложки, он нагнулся к самому лицу Алоиса.
- Вы такой упрямый, господин, - губы демона разошлись в легкой улыбке. Демон запустил руки под рубашку Алоису. - И такой горячий, - он смотрел в глаза Алоису и ухмылялся.

Алоис хотел воспользоваться перерывом, чтобы отдышаться незаметно от дворецкого, но это невозможно, ведь Клод положил руки ему на грудь, и сейчас может почувствовать каждое движение, каждый вздох, каждый удар сердца. Прохладная ладонь чуть ниже ребер приносила облегчение тяжести. Алоис прогнулся в спине, пытаясь расслабиться, насколько это было возможно со связанными руками и под пристальным взглядом карих глаз, мерцавших красными искрами. Он смотрел прямо, с твердым намерением выдержать взгляд демона. Игра увлекла его, он поддался чарам. Он захотел ЕЩЕ - во всех смыслах. Больше прикосновений, контакта, вкуса, наполнения... Больше ощущений.

Играть в гляделки надоело. Алоис сфокусировал взгляд на опустевшем блюде.
Демону нравилась эта упертость господина. Он будет играть до конца. Рука дворецкого, покоившаяся на тугом животе Алоиса, потянулась к торту.
- Это высшая степень благодарности для слуги, когда господин так ценит то, что приготовил его дворецкий, - сказал он.
Клод положил еще один кусок вишневого торта на блюдо и отправил очередной кусочек в рот господина. Осталось еще четыре куска - и весь торт будет в его господине. Он наслаждался этим моментом. Давление должно возбудить господина. Сама эта мысль возбуждала Клода.

Он обмакнул палец в сливках и просунул в рот господину, смотря в его глаза, наслаждаясь его внезапным оживлением и легким смущением. Демон слегка прошелся пальцем по губам господина, собирая сливки с его губ, и облизал палец сам своим длинным языком. Это должно было понравится Алоису. Как только с куском было покончено, Клод положил на блюдо еще один. Четыре последних куска были скормлены за считанные минуты. Демон наслаждался своей работой и ждал ее действия.

Алоис был не в состоянии сдержать тяжелого вздоха. "А-ах..." На границе сознания, почти полностью заполненного ощущением растянутого желудка, промелькнула мысль: "Это невозможно, целый торт! Я просто не мог столько съесть!.." Он глотал лакомство будто под гипнозом, полностью сосредоточившись на процессе: взять кусочек губами, проглотить и тут же раскрыть рот снова, вожделея очередную порцию; околдованный демоном, Алоис не заметил, как тот скормил ему оставшуюся половину торта. Его живот заметно раздулся, дыхание стало затрудненным и неглубоким. Больше всего сейчас ему хотелось немного ослабить давление, расстегнув жилет.

Клод наблюдал за тяжелым дыханием Алоиса, за тем, как его выпирающий живот становится еще больше при каждом вдохе, раскосые янтарные глаза демона скользили по чрезмерно натянутому жилету и складкам на нем. Он никогда не видел господина в таком состоянии. Иногда Алоис переедал, но крайне редко, и никогда не удосуживался съесть целый торт. Остановится ли Алоис сейчас? Клод пытался прочесть его мысли, но все они были смешаны. Здесь было и про ощущения в животе, и про сладкий вкус, и про прикосновения дворецкого. Невозможно было предугадать итог.

И именно это настолько затягивало демона, будоражило все его существо. Он приложил все усилия, чтобы толкнуть господина к нужному итогу. Но не перестанет ли он играть, учитывая его состояние? Будет ли достаточно желать продолжать? Ведь приказ господина может все остановить.
Алоис провел языком по губам, медленно и призывно, вспоминая, как их касался Клод. Пожалуй, это было даже слаще десерта. Греховная, опасная игра, в которой он не собирается сдаваться.
- Клод, ты можешь принести еще?

Клод наблюдал за тем, как Алоис облизывает губы, как прикрывает глаза, отдавшись воспоминаниям о его прикосновениях. Он терпеливо ждал приказа, и наконец он прозвучал, соединив в себе как желание, вызванное искусством демона соблазнять, так и сражение. Алоис Транси не желал проигрывать. Он хотел доказать Клоду, что он намного больше стоит того, что Клод о нем думает. И Клод это прекрасно знал, используя это свойство характера своего господина. Клод кивнул и удалился. Не прошло и пары минут, как он вернулся с тарелкой, на которой был торт из разных видов мороженного в виде радуги.

- Торт "Arc en", - сказал он, садясь напротив Алоиса - С какого предпочтете начать? Здесь есть фисташковое, шоколадное, ванильное, ореховое, с курагой, земляничное и банановое.

- Пожалуй, именно в таком порядке и начнем, - лукаво прищурившись, ответил Алоис. Он даже не обратил внимания на неслыханную наглость слуги, позволившего себе сесть в присутствии господина.

В демонической игре нет места воздержанности. Нескромное желание завладело телом, и это касалось не только голода. Рискованная задумка - проверить возможности своего организма, непреодолимая гастрономическая похоть, каприз, превращающий удовлетворение потребности в беззастенчивое излишество. Он считал, что способен на многое, и жаждал доказать это своему единственному зрителю. Возможно, он старался понравиться демону?..
Такое обжорство попросту неприлично, но Алоис частенько обнаруживал недостаточное уважение к правилам. Они стесняли его натуру, сковывали, давили так же осязаемо, как сейчас тесный пояс одежды.

- Клод, чего ты ждешь?
- Вторая партия потребует некоторых приготовлений, - произнес Клод, нагибаясь к Алоису и расстегивая пуговицы его жилета. Он с удовольствием наблюдал за тем, как Алоис удивленно округляет глаза. Он думал, что демон не угадает его причуд? Как бы не так. Проделанное принесло некоторую свободу объевшемуся пузу его упрямого господина. Пальцы демона спустились вниз, расстегивая пуговицы на шортиках. Освобожденный живот выпятился вперед, увеличиваясь при частых вздохах Алоиса.

Клод одобрительно кивнул и опустил золотую ложку в холодную сладкую массу. Старинная золотая ложка с изысканной гравюрой демона, на когтистом пальце которого сидит бабочка. Золотая тарелка из того же старинного набора. Мороженное высшего сорта, приготовленное самим демоном. Вряд ли когда-то либо смертному доводилось пробовать нечто подобное. Клод аккуратно промокнул губы Алоиса шелковой салфеткой. Затем продолжил кормить своего избалованного господина, которого сам же избаловал. Мороженное было очень легким, быстро таяло во рту и вынуждало Алоиса быстро открывать рот для новой порции.

Клод наблюдал за каждым спускавшимся по горлу комком, за частыми вздохами и выдохами, за тем, как вновь отрывается рот, чтобы получить очередную порцию и закрывается, чтобы проглотить. Удивительно: не смотря на то, что Алоис объелся, в его глазах продолжал пылать игривый огонек. Он не сдавался. Алоис Транси, ты поразил Клода Фаустуса. Это было не просто невольным искушением, это было борьбой на равных. Только ты забыл, что не в силах противостоять демону. Рука демона слегка поглаживала живот при кормлении, в то время как с каждым поднесением к губам, зеленая масса все исчезала и исчезала с тарелки. Наконец, с фисташковым мороженным было покончено. Зеленый треугольник, будучи и своеобразным куском торта, исчез, открывая на ободке тарелки гравюру Гордыни.
- Вы поразили меня, Ваше Высочество.

Алоис старался заметить сарказм в голосе демона, но безупречная маска дворецкого не показывала ни единой эмоции. Наступил черед шоколадного ломтика. Алоис отважно сражался с порцией ледяного лакомства, стараясь есть быстрее, отчего внутри вставал холодный ком. Изящные руки демона вновь и вновь подносили ложку к губам, и каждый раз Алоис уже был готов проглотить очередной кусочек. На лице Его Высочества отражалось наслаждение вкусом. Даже его избалованная натура не могла остаться равнодушной к поистине совершенному сочетанию сладости и нежной текстуры.
Шоколадные конфеты дарят друг другу влюбленные. Какао считалось напитком Казановы. На открывшемся крае тарелки обнажилось метафорическое изображение Блуда.

Алоис Транси в той или иной мере был повинен в каждом из грехов, которые постепенно открывались на тарелке. Гордыня, Сладострастие, Ленность, Скупость... К тому времени, когда на золотой тарелке открылся Гнев, Алоис вместил в себя уже чуть больше, чем полторта. Клод наблюдал за раздутым желудком и хотел проткнуть его одним из своих ножей, чтобы кровь вместе со всем поглощенным разлилась по старинному паркету поместья, но, как и полагает выжидающему пауку, сдерживался.

На мгновение ему показалось, что душа Алоиса Транси достойна поглощения. Что это борьба и противостояние. Что это достоинство. Но вскоре он понял, что ошибся. Это было ничем иным, как Гордыней, искушенностью и развращенностью, желанием играть со своим дворецким как можно дольше и продолжать пиршество. Клод почувствовал себя обманутым... вновь. Демон зачерпнул ложкой ореховое мороженное и поднес к ненасытному господину. Алоис Транси был ненасытным во всех смыслах. Он хотел еще и еще.

Чем больше он получал, тем больше он хотел. Клод дал ему богатство, славу, но Алоис на этом останавливаться не хотел, теперь он жаждал заполучить и самого Клода, что приводило Клода в отвращение. Эта дикая привязанность. Омерзительно. Алоис падал в грехи все дальше и дальше. Он развращал свою душу своими мыслями и поступками, он не мог остановиться и прекратить даже эту игру, поддаваясь ее чарам. Клода стало это раздражать.

Он хотел впиться когтями в огромное пузо и разорвать его в клочья, чтобы больше ничего не осталось от души, которая обвела его вокруг пальца, которая, выдавая себя за чистую, оказалась самой развращенной и грешной душой. Безвкусной душой. Нет, не совсем так. Это была душа со вкусом, но не совсем тем, чего Клод от нее ожидал. Если бы на то было желание Алоиса, его бы душа была безупречной, но он лишь развращал себя, наслаждаясь всем данным Клодом, и портил вкус своей души. Это раздражало Клода. Клод скормил Алоису мороженное из кураги, открыв гравюру Зависти.

- Сиэль Фантомхайв, безупречная душа Сиэля Фантомхайва, - сказал Клод.
Алоис смотрел на демона, беспомощно хлопая глазами. Злость уступала место другому чувству; он ни за что не признался бы себе, что под вызовом и азартом прячется маленький мальчик, ищущий одобрения. Слова демона разбили вдребезги его хрупкую мечту. Сдержав эмоции, он нашел утешение во вкусном земляничном мороженом, не думая ни о том, что уже совешает насилие над своим телом, ни о своей погрузившейся в порок душе, не заботясь о судьбе готовой в лопнуть в любой момент рубашки. Ложечка в руках демона счищала чуть подтаявший десерт с гравюры Чревоугодия.

Еще пара ложек - и с блузки Алоиса полетели пуговицы. Ему уже было все равно - все, что он чувствовал, это холод и боль. Холод и боль в желудке, холод и боль в душе... В голубых глазах мелькнуло Отчаяние.
Клод смотрел в потухшие глаза. Полная отчаянья душа, страдающая душа. Хорошо. Страдание очищает. Его лицо оставалось неизменным: застывшая бледная маска слуги. Застывшие изучающие глаза, покорные глаза. Между ними происходил бессловесный диалог. Даже без мыслей. Диалог души человека и сущности демона.

Клод прервал нить взгляда, поставил пустую тарелку на стол и пересел со стула на пол, опустившись на одно колено. Он развязал руки Алоису и вновь посмотрел на него. Вновь очищенная душа, именно та, на чей зов он пришел, очищенная собственными страданиями. Алоис казался маленьким грустным ребенком. Губы демона тронула еле заметная мягкая улыбка. Он положил руку на живот Алоису. Тело под рукой отчаянно дрожало. Тогда Клод снял с себя фрак и укрыл Алоиса. Затем поднял его на руки и понес в спальню. Алоис не переставал дрожать в руках демона. Поднявшись наверх, в спальню, Клод бережно усадил мальчика на кровать, снял с него собственный фрак и откинул на прикроватную тумбочку, затем переодел мальчика в ночную просторную рубашку и тут же укрыл теплым одеялом.
- Спите спокойно, Ваше Высочество, - сказал он, одевая фрак.

Вопрос: Оценка?
1. 3  2  (22.22%)
2. 4  0  (0%)
3. 5  7  (77.78%)
Всего: 9

@темы: Фанфикшн, Темный Дворецкий, Стаффинг, Роллевые, Живот, Аниме, Stuffing

22:07 

О креветках и массаже живота

EvilStufferSebastian
Название: О креветках и массаже живота
Оригинальное название: Of Shrimp and Stomach Rubs ( magog-83.livejournal.com/23359.html)
Автор: magog_83
Переводчик: Кузя-кот
Разрешение на перевод: получено
Фэндом: Merlin BBC
Персонажи: Артур/Мерлин
Рейтинг: G
Краткое описание: Мерлин переел и эксплуатирует Артура. Краткий момент из жизни короля и его волшебника после пира, на котором подавали (возможно, не подававшиеся в ту эпоху) креветки.



Мерлин шлёпнулся на постель лицом вниз и остался лежать не двигаясь. Когда этот драматичный жест не вызвал ответной реакции короля – который сидел за столом, хмуро читая плотно исписанный свиток, – маг попытался перекатиться на спину, издав громкий прочувствованный стон.
– Убей меня.
– Через минутку, – пробормотал бессердечный король, перечеркивая одну строчку и царапая что-то на полях.
Мерлин приподнял голову с, надо признать, весьма удобных подушек и уставился на него.
– Я умираю, Артур.
– Тогда я могу просто остаться здесь и подождать, пока природа возьмёт своё.
Голова Мерлина упала обратно на подушки с тихим «бух».
– Почему это со мной случилось?
Король Артур вздохнул и потянулся за новым пером.
– Потому что ты съел такое количество креветок, или что ты там ел, которое убило бы человека и меньших размеров. И любого, у кого нет такой бездонной дыры в желудке, как у тебя.

Мерлин издал весьма страдальческий звук.
– Я не виноват, Гвен бросила мне вызов.
– Уверен, Гвиневера ничего подобного не делала.
– Делала, она сказала: «Полагаю, больше тебе не осилить».
Король отложил перо и повернулся, чтобы одарить сердитым взглядом своего нелепого Придворного Волшебника.
– Да, это, в конечном счёте, была абсолютно здравая мысль. И что? Ты решил доказать ей, что она не права?
– На кону была честь Камелота.
– Я напомню тебе об этом, когда мы будем расширять дверной проём в твои комнаты.
– У-у, – был красноречивый ответ Мерлина. Маг драматично взмахнул рукой, прикрывая глаза. – Иди сюда и помассируй мне живот.

– Нет.
– Но он болит.
– Похоже, ты опять забыл, кто я.
– Ты мой кумир.
– Полагаю, слова, которые ты ищешь, – это владыка и повелитель.

Мерлин чуть отодвинул руку, чтобы иметь возможность сощуриться в направлении стола, пока свиток, чернильница, перья и кубок не затанцевали на гладкой поверхности. Король хмуро посмотрел на него. Честно говоря, предметы танцевали довольно лениво, а кубок уже пошатнулся и упал, оставшись лежать, слабо подёргиваясь, но Мерлин решил, что изложил свою точку зрения.

– Кумир, – пробормотал он ещё раз, для убедительности, и снова уронил руку на лицо.
Послышался скрежет отодвигаемого кресла, а затем сердитый голос короля:
– Полагаю, Баярд не имеет таких проблем со своим Придворным Волшебником.
– У его волшебника нет моего обаяния и внешности.
– Хмм, – был единственный ответ короля. А потом Мерлин почувствовал, как прогнулась кровать, и секунду спустя – прохладный воздух на животе, когда его тунику приподняли, и тёплые мозолистые руки, мягко прижавшиеся к коже.
– Ммм, так-то лучше, – пробормотал Мерлин через несколько долгих секунд. Рука его упала обратно на покрывало, и маг сонно улыбнулся королю. – А можно спину тоже?

Артур ткнул его в бок, вызвав у Придворного Волшебника неподобающий статусу возмущённый взвизг.
– Нет, нельзя, и, полагаю, в следующий раз ты дважды подумаешь, прежде чем «принять от кого-то вызов» проглотить всё с праздничного стола.
– Я могу выколдовать всё съеденное обратно, – невозмутимо ответил Мерлин.
– Нет, спасибо, не хочу наткнуться на твои кишки в конюшне.

Мерлин фыркнул, засмеявшись, а затем простонал, схватившись за бок.
– Оу! – он испустил тяжкий вздох. – Это уже не важно, ведь я больше никогда ничего не съем.
– Какая жалость, – сказал король, вставая и направляясь обратно к столу. – Я заказал прислать себе на завтрак остатки марципана с кухонь.
– Ничего, кроме марципана, – твёрдо добавил Мерлин, и губы короля изогнулись в еле заметной улыбке, когда он притянул к себе обратно свиток и продолжил работать.


The End

Вопрос: Оценка?
1. 3  1  (50%)
2. 4  0  (0%)
3. 5  1  (50%)
Всего: 2

@темы: Фанфикшн, Стаффинг, Живот, Боль в животе, Stuffing, Merlin BBC

22:20 

EvilStufferSebastian


Вопрос: Оценка?
1. 3  1  (33.33%)
2. 4  0  (0%)
3. 5  2  (66.67%)
Всего: 3

@темы: Стаффинг, Ориджмнал, Картинки, Живот, Боль в животе, Аниме, Stuffing

22:21 

EvilStufferSebastian


Вопрос: Оценка?
1. 3  0  (0%)
2. 4  1  (16.67%)
3. 5  5  (83.33%)
Всего: 6

@темы: Kuroshitsuji, Stuffing, Vore, Аниме, Боль в животе, Живот, Стаффинг, Темный Дворецкий

22:24 

EvilStufferSebastian

Вопрос: Оценка?
1. 3  3  (75%)
2. 4  0  (0%)
3. 5  1  (25%)
Всего: 4

@темы: Темный Дворецкий, Стаффинг, Картинки, Живот, Боль в животе, Аниме, Stuffing, Mpreg, Kuroshitsuji

22:25 

EvilStufferSebastian

Вопрос: Оценка?
1. 3  2  (50%)
2. 4  1  (25%)
3. 5  1  (25%)
Всего: 4

@темы: Темный Дворецкий, Стаффинг, Картинки, Живот, Боль в животе, Аниме, Stuffing, Kuroshitsuji

22:51 

EvilStufferSebastian

Вопрос: Оценка?
1. 3  3  (42.86%)
2. 4  0  (0%)
3. 5  4  (57.14%)
Всего: 7

@темы: Стаффинг, Картинки, Живот, Боль в животе, Аниме, Stuffing, Kuroshitsuji, Темный Дворецкий

22:52 

EvilStufferSebastian

Вопрос: Оценка?
1. 3  2  (25%)
2. 4  1  (12.5%)
3. 5  5  (62.5%)
Всего: 8

@темы: Темный Дворецкий, Стаффинг, Картинки, Живот, Боль в животе, Аниме, Stuffing, Kuroshitsuji

23:04 

Лучшее лекарство

EvilStufferSebastian
Название: Лучшее лекарство
Авторы: AniSkywalker, Суль
Фэндом: Gravitation
Персонажи: Юки/Шуичи
Жанр Slash, Romance, Vignette
Рейтинг: PG-13
Краткое описание: Шуичи ищет самое действенное лекарство. А может, это Юки ищет, а Шу - находит?.. В любом случае, в накладе не остаются оба.


Входная дверь распахнулась, шибанув о стену так, что висевший неподалеку портрет Сакумы Рюичи, негодующе дзинькнув рамкой, свалился на пол.
- Юки-Юки-Юки-Юки! – Розоволосый ураган ворвался в комнату, не обращая ни малейшего внимания на учиняемый беспорядок. – Смотри, что я принес!
- Что? - не отрываясь от книги, холодно поинтересовался Эйри.
- Юки-и-и! Ну посмотри же! - Шуичи победно вскинул руки, размахивая двумя бадейками весьма внушительных размеров. - Это же клубничное мороженое!
- Счастлив за него, - Эйри перевернул страницу. События в книги увлекали его куда больше, чем клубничное мороженное или визжащий Шуичи.
- Ты не рад? - озадаченно протянул певец. - Ты же всегда его любил! Ну Юки, я же не виноват, что вчера клубничного мороженого было днем с огнем не сыскать. Зато сегодня его хоть завались... Нет, не так, - Шиндо вошел в раж, - хоть лопатой ешь, вот!
- Лучше возьми ложку, - посоветовал Юки.
- И возьму! - просиял Шуичи. - Столовую...
Ретировавшись из гостиной, певец наконец-то замолк, а спустя минуту, с кухни послышалось довольное чавканье и похрустывание...

Книга закончилась. Юки отложил томик в сторону, потянулся за сигаретами.
- Если ты не придешь, то я сам все съем! - раздался истошный вопль певца. - А мне без тебя не вкусно!
- Меня ты тоже намерен съесть? - не вставая с дивана, поинтересовался Юки.
- Не съесть,- простодушно откликнулся певец, - но облизать - точно.
Юки поперхнулся сигаретой, закашлялся.
- Совсем спятил, - прокомментировал он сквозь кашель.
- Юки, ты заболел? - Шуичи вихрем влетел в комнату, сбил икебану и, не потрудившись даже вынуть ложку с мороженным изо рта, продолжил разговор. - Зачем ты куришь, если кашляешь после этого?
- Кашляю я после ЭТОГО - Юки ткнул пальцем в грудь Шуичи. - Твои шуточки порой оказывают самое неожиданное воздействие.
Эйри ухмыльнулся, вынул изо рта Шиндо ложку, облизнул ее, глядя на певца.
- После мороженого? - переспросил озадаченный Шу, провожая ложку взглядом. - Хм, странно, а вроде его пока только я ел... Ой, Юки, там же еще осталось, я сейчас тебе принесу! - он приволок с кухни вазончик с вожделенным лакомством и, хитро улыбаясь, уселся к Юки на колени.
Юки попытался спихнуть назойливого мальчишку, но добился только того, что тот уронил вазончик прямо на него. Теперь все брюки и частично рубашка Эйри были заляпаны клубничным мороженым. Юки попытался выдохнуть и не сорваться:
- Ты. Сейчас. Встал. И. Пошел. Вон. На. Кухню.
И направился в ванную, не обращая больше внимания на Шиндо.
- Ну и уйду! - обиделся тот и, печально обнявшись с остатками мороженого, поплелся куда велели.

Ночью Юки проснулся от того, что что-то было не так, чего-то не хватало. Он не сразу сообразил, что его разбудила тишина: под боком не сопел Шуичи. Странно, вроде как вечером это обиженное чудище все-таки укладывалось рядом. Из гостиной послышались какие-то странные звуки. Юки поднялся, вышел в гостиную. Глазам его предстало странное зрелище: Шуичи сидел на диване в одних трусах, горестно облапив прижатую к животу подушку. По лицу мальчишки текли слезы.
Юки кинулся к любимому:
- Что с тобой?
- Живот болит! - пожаловался Шуичи.
- Где? - не понял Юки.
- Везде... - всхлипнул Шу.
Юки приподнял лицо мальчишки, оценил выразительность взгляда и кинулся к телефону:
- Скорая?
- Юки, не надо! Не надо Скорой! - Шуичи потянулся к Эйри. - Я... я врачей боюсь... - голос парнишки сначала понизился до хриплого шепота, потом в нем явственно послышались истерические нотки, - все, что угодно, только не больница! Там плохо кормят и тебя нету рядом. Уй!
Он схватился за живот и, подтянув колени к подбородку, умоляющим взглядом уставился на любимого.
Юки выронил трубку и бросился к нему:
- Ну что ты? Успокойся! Что, так плохо? Где именно у тебя болит? - его ладонь легла на живот певца.
Мальчишка дернулся - явно от боли, - но не отстранился:
- Внизу, наверху... Везде! - он посмотрел в глаза любимому. - Юки, что делать?
- Вызвать врача, - резко сказал Эйри, поднимаясь с дивана.
- Не надо, Юки, не.. - Шуичи побледнел и зажал рот рукой, едва сдерживаясь, чтобы от страха не завыть в голос.
Юки сжал ладонями виски:
- Ну что с тобой делать! - он подошел к аптечке, покопался, вытащил какое-то обезболивающее. - Выпей, - протянул Шуичи горсть таблеток и стакан воды.
Шиндо послушно положил все на язык, но тут же, поморщившись, выплюнул обратно:
- Горькие какие!
Юки насильно раскрыл мерзавцу рот, сунул туда все таблетки разом и залил водой, с каким-то садистским удовольствием глядя, как Шуичи, давясь и плюясь водой, глотает лекарства.
Маленький певец, одарив Юки обиженным взглядом и обнявшись с подушкой, забился в уголок и, отвернувшись носом к стене, тихонько замер.
Юки поставил на стол стакан, стряхнул с рук крошки лекарства, обернулся к Шиндо.
- Скоро станет легче, не переживай.
Он присел на диван рядом с Шуичи.
Шиндо не ответил. Он просто сидел на диване и трясся - то ли от холода, то ли от боли, то ли от подступающих слез, которые он так старался скрыть, то ли от незаслуженной обиды…
Юки не сразу понял, почему диван трясется. Он обнял Шуичи, притянул к себе, вытащил из-за спины плед и укутал несчастное дрожащее существо.
- Ну что ты? Неужели так все плохо? - на удивление ласково спросил он.
Существо, соглашаясь, несчастно кивнуло головой.
Юки прижал его к себе, чуть покачивая из стороны в сторону, убаюкивая:
- Потерпи, сейчас все пройдет.
- Юки, а почему всегда так, - прошептал Шу, пристраиваясь поближе к любимому, - сначала очень вкусно, а потом - плохо становится?
- Мороженое! Вот в чем дело! Ты объелся этим дурацким клубничным мороженым! - понял, наконец, Юки. - Какой же ты все-таки идиот. - Его рука в противовес словам ласково погладила волосы парнишки.
- Я его еще и холодной колой запил, - покаянно призналось розоволосое обжорство, - мне было так сладко, а еще и плохо стало... И почему-то соленого хочется, Юки!
- Ты еще молочка парного попроси! - съязвил Эйри. - Таблетки-то помогают?
- А у тебя есть парное молоко?! - обрадованно протянул Шу, игнорируя вопрос о лекарствах.
- Нет, - прорычал Юки, которого вся эта ситуация начала порядком раздражать.
- Жалко, - вздохнул Шуичи и, положив голову на плечо любимому, восторженно прошептал, - у тебя такие уши теплые... И мягкие, - добавил он, коснувшись розовой мочки кончиком языка.
Юки так резко отдернул голову, что ударился о спинку дивана:
- Уй!
- Ай! - взвыл Шу, которому Юки заехал локтем в бок.
Юки вскочил, отошел к столу.
- Ты поспал бы, а?
- Мне без тебя не спится, - заявил Шиндо, недовольный тем, что его оттолкнули, - и вообще, я замерз.
- Завернись в плед, - процедил Юки.
Шу посмотрел на любимого взглядом побитой собаки и, закутавшись в поименованный предмет, отвернулся к стене.
- Спасибо за заботу, Юки, - стуча зубами, ответил он, - ты иди, а я ... я тут посижу.
Юки обреченно вздохнул, присел рядом с Шуичи на диван, обнял паренька, притянул к себе на грудь:
- Ну что ты опять творишь? Что ты делаешь со мной? - прошептал почти неслышно.
- Я не хотел тебя тревожить, - со вздохом отозвался Шу, переставая дрожать, - прости.
- Если ты сейчас не прекратишь извиняться, я тебя ударю, - печально сказал Юки.
- Не надо! Лучше погладь... - от тепла мальчишка разомлел и мурчал получше иного котенка, - Юки мой!
- Если бы я завел кошку, хлопот было бы меньше, - Юки провел ладонью по волосам Шуичи.
- Да нету со мной хлопот! - протестующе прошептал Шу, переползая к любимому на колени и устраиваясь поудобней. - Ох!
Юки встревожено оглядел Шиндо, положил руку ему на живот:
- Все еще болит? - и осторожно погладил больное место.
- Когда гладишь - нет. У тебя руки теплые... - Шуичи потерся носом о плечо Юки.
Эйри улыбнулся, продолжая успокаивающе поглаживать живот любимого:
- Вот и хорошо, отдыхай
- А ты? - встревоженные фиолетовые глаза уставились на Юки
- Что я?
- Ты никуда не уйдешь?
- Не уйду, - Юки откинулся на спинку дивана, устраивая Шуичи поудобней.
- Только руку не убирай, а то опять болеть будет, - просопело Юки на ухо это Маленькое Несчастье.
Юки усмехнулся, еще раз провел рукой по животу Шиндо:
- Нашел себе обезболивающее...
- Вот такой я находчивый! - рассмеялся Шуичи, утыкаясь в ухо любимого.
Юки молча кивнул.
Осторожно заглянувший в комнату рассвет увидел их двоих спящими в обнимку на диване.

Вопрос: Оценка?
1. 3  2  (33.33%)
2. 4  0  (0%)
3. 5  4  (66.67%)
Всего: 6

@темы: Фанфикшн, Стаффинг, Боль в животе, Аниме, Stuffing, Gravitation

23:36 

Пари

EvilStufferSebastian
Название: Пари
Автор: Неизвестен (theoriginal.ru/original-kink/tur2/z13)
Фэндом: Ориджинал, заявка, М/М
Персонажи: М/М
Жанр: Слэш
Рейтинг: R
Краткое описание: Редакторы газеты пытаются придумать статью, вдохновение двое нашли в обжорстве, точнее, один из них объедается, а второй наслаждается наблюдением, а затем и принимает активное участие, соблазняя первого есть больше и... кое-что еще ;)



Четвертого июля в захолустном городке N, что на севере штата Мэн, благополучно миновали празднества, посвященные Дню Независимости. Все действо заняло часов пять-семь, пролетело как конькобежец по накатанной трассе. А вечером того же дня в редакции местной газетки страдали два репортера, которым полагалось освятить "знаменательное" событие.
- И вот о чем прикажешь писать? - в двадцатый раз за десять минут простонал один из них, по имени Лэсли Кирк.
На пол полетели обломки карандаша. Его напарник, Дональд Эшли с сочувствием воззрился сначала на невинно убиенную канцелярскую принадлежность, потом на приятеля, тяжело вздохнул. Вместо ответа достал из картонной коробки пончик с повидлом. Теплая сдоба - неплохое средство от мук творчества.
- О чем писать, я тебя спрашиваю?! - Лэсли перегнулся через стол, чудом не свалив монитор, клавиатуру и аккуратно разложенные черновики заодно. - Ни единого события. Все скучно и тягомотно, как занятия в воскресной школе.
- Перепечатай речь мэра, - предложил Дональд.
- Уже, - вздохнул Лэсли. Теперь он сидел на столе, и Дональд подумал, что только узкая задница Лэсли способна втиснуться на стол журналиста. Задница с целым набором юного механика - шилами, гвоздями, может и шурупами в ней. - Заняло пол-страницы. Это я все "эээ" и "мнэээ" вычеркнул, разумеется. А дальше? Конкурс вышивок? Бег в мешках? Тьфу, Дон, мне стыдно за наш город и нашу газету...
Звучало последнее пафосно и дешево, как заказные стихи. Дон мысленно влепил "F", отправил в рот последний кусочек пончика и потянулся за новым.
- В параде у нас сплошь старички, от концерта даже у меня уши завяли, - перечислял трагическим голосом Лэсли, его длинные волосы, из-за которых он здорово смахивал на Орландо Блума в роли Леголаса (и страшно бесился, когда его так обзывали), грозили нырнуть в заветную пончиковую коробку. Дон на всякий случай отодвинул "драгоценность" подальше.
- Лэс, прекрати. У меня на винте сохранился прошлогодний номер. Давай перепечатаем, все равно никто не помнит. Хочешь пончик?
- Отвали, Дон. Это неспортивно - повторять... - Он скривился, будто подсунули уксус, - и кстати, сколько можно жрать? Ты скоро в дверь не пролезешь.
- Ну, тогда придется работать дома, - флегматичного Эшли задеть было трудно. Примерно как подпрыгнуть до Эвереста. - Ты мне напомнил: вроде там еще был конкурс пожирателей гамбургеров, нет?
- Точно, был, - уныло протянул Лэсли. - Как обычно: громила Джек сожрал пять штук за пять минут, получил сто баксов приза и все расползлись по углам. Тоска.
- М-да, я ничего не пропустил, пока записывал на диктофон речь попечительницы приюта для домашних животных. Всего-то пять гамбургеров. Я бы в два счета его обставил.
- Ты? - усомнился Лэсли. Окинул критическим взглядом приятеля. Дональд с его ростом около 5,8 футов и весом 230 фунтов, конечно, был более чем упитанным, круглым, как обожаемые им пончики. В отместку за "Леголаса" Лэсли произносил имя напарника, пропуская "l", и получалось "Donut", Пончик; и все же до громилы Джека, Крокодила Тома и прочих колоритных персонажей, словно сбежавших со страниц Рабле, Эшли не дотягивал.
- Я. Правда, на скорость вряд ли, - уточнил медлительный Дон.
- Да ну.
- Не веришь?
- Не верю, - Кирк подвинулся ближе, закинув одну длинную ногу на другую, на манер секретарши какого-нибудь Крутого Босса. - Черта с два. Ты все-таки не той... кхем, квалификации...
Дон молчал, и в том молчании мерещился треск фитиля. Лэсли вообразил мультяшную бомбу с ме-едленно ползущей искрой.
- Хочешь пари, Леголасик? - Дон сложил руки на животе. Лэсли скрипнул зубами, но потом обворожительно улыбнулся:
- Давай. Сколько гамбургеров одолеешь? Сорок-пятьдесят будет?
Дон задумчиво посмотрел в потолок, будто чего-то подсчитывая.
- Ну сорок – перебор, - демонстративно проигнорировал насмешку, - К тому же не хочу давиться гамбургерами. Берусь слопать две большие пиццы, полную порцию ребрышек и два галлона мороженого. Только, - Дон приподнялся в кресле, его губы оказались у щеки Лэсли, тот уловил запах одеколона и сдобы, плотный сладкий аромат, - Что ставишь ты?
В зелено-ореховых глазах "Леголасика" заплясала целая орда чертей.
- Что ставлю я? - повторил он голосом "секс-по-телефону", - Если выиграешь - можешь меня трахнуть.
Он с удовольствием пронаблюдал как покраснели и без того румяные щечки напарника. Провел длинным пальцем по гладко выбритому подбородку:
- Ну, идет?
Дон тяжело плюхнулся в кресло и протянул руку. В голове было пусто, как в животе на третий день диеты, когда уже понимаешь, что пошлешь ее далеко и надолго.
- Идет.
Статью о Дне Независимости слепили из чего попало, но для местной газетки вполне сгодилась; Дональд Эшли благополучно позабыл про пари. И приблизительно неделю спустя, едва кубарем не скатился с дивана от звуков, подобных маршу стаи носорогов по сафари.
В дверь тарабанили, причем явно ногами. Открыв, Дональд понял почему: обе руки Лэсли были заняты внушительными коробками, а в зубах он держал ведерко со сливочным Nestle.
- Ого, - только и вымолвил Дональд.
- Надеюсь, ты не забыл про пари?
Лэсли прошествовал на кухню. Не разуваясь – чем вызвал недовольную гримаску аккуратного Дона; обрушил коробки на кухонный стол, а мороженое отправил в залепленный разноцветными магнитами холодильник.
- До десерта вряд ли дойдет, - прокомментировал Лэсли.
- Дойдет-дойдет, - осклабился Дон, - Я умираю от голода. Кстати, надеюсь, ты надел не семейные трусы в горошек… золотые стринги со стразами вполне сойдут.
- Fuck you, - пожелал Лэсли, чем вызвал приступ хохота.
- Нет уж, я предпочитаю сделать это с тобой.
Они оба были бисексуалами, не особенно скрывали свои предпочтения - благослови Боже свободную Америку, где ты можешь трахаться с кем угодно, параллельно осуждая президента за связь с секретаршей. Но друг с другом отношения оставались дружескими… Пока.
Пицца, огромная как колесо трактора, ребрышки и полуторалитровый пакет сока (персикового, Дон к нему неравнодушен) заняли свое место в гостиной, на низком квадратном столике. Дон устроился в кресле. Лэсли – напротив.
- Как бы тебе не пришлось бежать за добавкой, - сказал Дон. Смахивало на спортивные состязания в колледже: каждая команда запугивала другую перед матчем. Еще – на весенние крики котов. Кто громче заорет – того и территория.
Впрочем, мяуканьем не отделаешься... да и разве Дон когда-то отказывался поесть?
Первые три куска он проглотил моментально, наслаждаясь острым вкусом тягучего сыра, томатных долек и ветчины. Лэсли вздернул бровь, пробурчал что-то вроде «Тебе бы тоже на конкурсе участвовать». Но скорость и Дон Эшли – диаметрально противоположные понятия. Он привык получать удовольствие.
Лэсли наблюдал, полузакрыв глаза, как Дон отправляет в рот ломтик за ломтиком, запивает соком – аккуратно вытерев пальцы салфеткой, чтобы не запачкать бутылку и пеструю кружку с Микки-Маусом. Поначалу Лэсли усмехался, считал куски пиццы – интересно, сколько осилит самонадеянный напарник, прежде чем сдастся? Поглядывал на часы – нет, все-таки конкурс на скорость не для Дона.
Потом…
Лэсли сглотнул.
Блестящие от сыра губы Дона словно накрашены блеском, и когда он приоткрывает рот, Лэсли будто кожей ощущает прикосновения языка. А еще – Дон симпатичный…похож на плюшевого мишку. Небось, с него рисовали Винни-Пуха в том мультике. Надо было притащить горшочек с медом.
Тем временем, Дон с сомнением уставился на вторую пиццу. Он был уже сыт, а рубашка и джинсы явно стискивали. Неудобно.
- Ты не возражаешь, если я малость разденусь?
«Решил продемонстрировать мужской стриптиз?» - едва не схохмил Лэсли, но сдержался. Молча покачал головой. И вцепился в подлокотники кресла, когда Дон скинул тесную рубашку и расслабил пояс на джинсах.
У Дона плавные округлые очертания фигуры. Он ассоциируется с рубенсовскими картинами. Какого дьявола Рубенс почти не рисовал мужиков? Мужики красивее…
А еще Лэсли всегда нравились брюнеты с голубыми глазами – редкое, экзотичное и яркое сочетание…
Лэсли тряхнул головой. Сосредоточился на пари. На пицце. Дон свернул в трубочку и отправил в рот первый ломтик второй штуки, уже без восторга и привычно-благодушного выражения на лице. Пожалуй, не рассчитал своих сил – а там еще ребрышки и мороженое…
Дон потрогал свой живот. Того гляди, лопнет…
- Давай пока мороженое, - Дон представил, как холодная масса растает и расползется внутри: по любому места займет меньше.
Лэсли помчался за ведерком.
И пожалел. Белесый пломбир таял на губах Дона, вызывая совершенно неприличные ассоциации. Лэсли невольно скрестил ноги плотнее, прикусил губу, чтобы не выдать себя частым дыханием.
Бесполезно.
Лэсли тянуло прикоснуться к гладкой кремово-белой (Дон сам смахивает на пломбир, ха, что за идиотское сравнение) коже. К темно-розовым соскам, интересно, они напрягутся от пальцев Лэсли?
Мысли таяли вместе с мороженым.
- Черт, - не выдержал Лэсли. Выпрямился. Дон взглянул на него снизу вверх, замер с ложкой во рту. Столько лет знакомы, но *таким* он Лэсли не видел, и сейчас вновь мигнуло двадцать пятым кадром сравнение с котами.
«Лэс – ну как есть кот. Гибкий такой котяра… Белый. Бантик бы ему привязать – самое оно».
- Чего тебе? – невнятно пробормотал Дон. И охнул, когда Лэсли спикировал к нему под бок. – Э… не понял…
Ложка с хлюпом приземлилась в ведерко. Дон отодвинул мороженое, ошарашено наблюдал как Лэсли сначала провел ладонью по его животу, потом потеребил соски – здесь Дон чуть не подавился тем пломбиром, который таял у него во рту.
- Лэс…
- В задницу пари, - сказал Лэсли, оценив каламбур, заливисто заржал. И добавил: - Трахни меня.
Дон порадовался, что успел-таки проглотить мороженое. Иначе подавился бы и помер, так и не трахнув Лэса.
«Кто-то из нас нарушает условия пари».
- Дон. Хорош лопать. Я сказал, трахни меня! – звучало уже повелительно и все тем же томным голоском профессиональной шлюхи. Крышу сносит, будто тайфуном, и уволакивает куда-то в страну Оз…
- Э… прямо тут? – тормозил Дон.
Лэсли сжал между средним и указательным пальцем его сосок. Немного царапнул кожу – о да, на ощупь гладкая, не ошибся, - и Дон тихонько застонал, откинулся назад, запустил руку в знаменитую шевелюру «Леголасика».
Лэсли закинул ногу Дону на колено, потискал за бока. В расстегнутых джинсах было твердо, не хуже, чем у самого Лэсли. Он лизнул губы Дона, сладкие от мороженного и чуть пахнущие приправами – из-за пиццы. Тот захватил его в поцелуе.
- Жадный какой, - выдохнул Лэсли чуть погодя. – Не наелся что ли?
- Тобой – нет. И уфф… не дави на живот, - Дон немного опасается, что все же лопнет, натурально, как накачанный до отказа шарик. Однако ощущение не неприятное… возбуждающее? Недаром рекомендуется во избежание поллюций не переедать на ночь. А тут – обратный эффект.
- Пойдем в койку.
Уговаривать Лэсли не пришлось.
Они переместились на просторную кровать Дона, мгновенно смяли педантично и строго – аж по-армейски – застеленные простыни и одеяло. Лэсли смял вдобавок свою и Дона одежду, швырнул на пол, рискуя заработать замечание. Дон не заметил. Не до того.
- Чего ж ты стринги-то не надел, - сказал он, оттягивая резинку на темно-синих «боксерах» Лэса.
- В другой раз, - раздвинул ноги тот. Член торчал перпендикулярно плоскому, как доска, телу Лэса; Дон подумал, что они вдвоем смотрятся как классическо-контрастная комедийная пара. Лэс выше его на полголовы и вдвое уже. Интересно, а *внутри*?..
Он нагнулся, целуя влажными губами длинную шею, провел языком по безволосой груди. Лэс загорелый и вкачанный – торчит вечерами в тренажерке да солярии, ну и выглядит эдакой порно-моделью. И достался ему, Дону… хотя тот вовсе даже не выиграл пари.
Вот ведь как случается…
Дон потеребил член Лэса, ладони его наполнились смазкой. Вообще-то где-то был специальный тюбик…ничего, так сойдет. Лэс – отнюдь не девственница викторианской эпохи. Ха.
- Раздвинь ноги, - командует он, хотя это лишее: Лэс и так развалился, требуя «вторжения». Дон протиснул два пальца со смазкой в анус, не сдержавшись схватил себя за член…еще немного смазки. Лэсу же на пользу.
От прикосновений – сначала нерешительных, потом глубоких, ласковых, Дон всегда осторожен даже с мышкой и клавиатурой, Лэсли всхлипнул, метнулся по подушке, рассыпав волосы.
- Черт… какого хрена ты там возишься…
- Именно *с ним* и вожусь, - парировал Дон.
Лэс гибко изогнулся, блестя в полумраке зелеными глазами и как никогда смахивая на злого кота, обхватил ногами бедра Дона, а руками – покатые плечи, приподнялся, буквально насаживая себя на член. Поморщился – смазки все-таки не хватало, но ждать пока этот тормоз «обработает» все как надо… Лэс не хотел кончить преждевременно. Все-таки ему тридцать, а не тринадцать. Как и партнеру.
Дон подался чуть вперед. Ощущение влажноватого тесного жара было сродни некрепкой наркоте, травке или экстази, которое он курил и глотал в юности. Зато выражение лица Лэса – можно причислить к чему покрепче…к героину, например.
«Красивый. Какой же ты красивый, Леголасик…»
Только бы не обозвать его. Мигом все упадет.
Дон осторожно принялся двигаться, нагнулся над Лэсли, удерживаясь на вытянутых руках. Но было неудобно, мешал переполненный живот.
Он потихоньку сползал на Лэсли. А тот подмахивал бедрами, заставляя шевелиться быстрее, и от этого вспухала каждая вена на члене, в мозгах крови – совсем ничего, но пока соображает…
- Лэс, тебе не тяжело?
- Нет. Нет, совсем. Иди сюда. Плотнее.
Он немного солгал. Было тяжело – но тяжесть приятна, уютна даже; Лэсли тискал податливое тело, глубоко запуская ногти и глотая каждый выдох Дона. Наполненность, - вот что он чувствовал, внутри и снаружи, словно в коконе.
- Иди сюда.
И выгнулся, заставляя Дона войти до упора. Застонал, когда тот сполна наконец-то «достал», от простаты раскаленные волны поскакали по нервам, венам и коже.
- Быстрее, - командовал Лэсли. Дон только дышал тяжело, словно вздумал стометровку раз пять пробежать, прижался к Лэсли, и тот уткнулся носом между ключиц, трепля коротко стриженые темные волосы.
Дон чувствовал – вот-вот, подкатывает. Шлепнул Лэса по ягодице, чтобы тоже не замирал – тот, впрочем, и не собирался. Дон кончил с протяжным выдохом, а после хотелось откатиться и расслабиться, но эгоистом Дональд Эшли не был никогда. Он приподнялся, обхватил член Лэсли в ладони, быстро-быстро теребил, натягивая крайнюю плоть к основанию и теребя уздечку. Лэс вякнул полуоткрытым ртом, и рука, лобок и живот Дона намокли в теплом семени.
Теперь можно было расслабиться. Целовать немного обкусанные губы, обнимать друг друга.
- К тебе так классно прижиматься, - мурлыкнул Лэсли. – Можно ты у меня вместо мягкой игрушки будешь?
- Мм… - Дон расслабленно следил за *напарником*. «Кажется, он всю эту затею с пари заранее придумал. Оригинальный способ «подъехать». Креативный просто-таки», - лениво думал он.
- Медвежонок Тедди с вибратором, - веселился Лэс. Сел на кровати, по плечам разметались спутанные «в процессе» волосы. Дон дернул за прядь.
- А пари я все-таки проиграл, - сознался он. – Несправедливо получается.
- Забудь. Впрочем… - снова сверкнули глаза мелкого хищника Лэсли Кирка, - У меня есть варианты. Отработаешь – следующий раз сверху буду я.

Вопрос: Оценка?
1. 3  2  (33.33%)
2. 4  1  (16.67%)
3. 5  3  (50%)
Всего: 6

@темы: Стаффинг, Рассказ, Ориджмнал, Живот, Боль в животе, Stuffing

00:10 

EvilStufferSebastian
Название Взаимосвязи
Фэндом -Thor (мувиверс)
Пейринг Локи, Тор (пре-слэш)
Рейтинг -PG-13
Жанр драма
Краткое описание Написано на сквик-фест, на заявку 01-27: "хочу фик по арту - арт. разжиревший Тор"


Так что же: Локи вернулся в Асгард со своим братом, был осужден и ввергнут в самую мрачную темницу Асгарда, мучился и страдал, как всякий пленник, до скончания времен, пока небо не рухнуло на землю?
О, нет. Не совсем так. Все в мире сложено в равновесии и закономерности, то, что однажды связано, не может быть разъединено, а Асгарду все так же нужен правитель.

И вот, теперь, когда Один погружается в сон, спокойный за будущее своих владений, вверенных любимому сыну, пока Локи томится в темнице и капающая с решетки, что служит потолком, вода вымывает из его костей соль, Тор в богатых залах Асгарда пирует со своими друзьями - он невесел, но течение времени затирает раны, зализывает их, как зверь, и чужое веселье освобождает от тоски.
Локи не изводят намерено голодом, но кидают в его темницу одни объедки - лишь первые дни гордость берет верх над желанием жить, и после он начинает есть, никогда не вдоволь, никогда не вглядываясь в то, что ест. Тор будто чувствует голод брата в себе, и пытается, как может, загасить его, ест и пьет все больше, раз от раза чаще стараясь украдкой ослабить пояс одеяния за пиршественным столом - но даже переполненный яствами, он чувствует в себе подобием голода невнятную тоску, от которой не избавишься лишь залив ее медом или закидав кусками мяса с кровью. Глядя на жадно пытающего утолить этот голод Тора, Вольстаг смеется - берегись, друг, если так продолжишь, то скоро можешь так отяжелеть, что бой тебе будет тебе не по силам.
Локи сброшен в глубокий колодец, сточные воды стекают по каменным стенам, и, в ярости, он пытается выкарабкаться, ломает ногти об твердый камень, проклинает своих отцов - и обманщика, и того, кто позволил обманщику увести его сюда, в чуждый ему мир асов, а Тор, в роскоши и радости сияющего Асгарда, пытается забыть о Локи и его наказании, но едва ли может. Постепенно голод-горе угасает, но за ним остается привычка к обильным застольям, от которой тяжело избавиться. Тор рожден крепким, широким в кости, для таких, как он, обычно со вступлением в зрелость чуть раздаться - но Тор продолжает полнеть, не останавливаясь. Выходя на тренировочный бой с друзьями, он теперь вынужден с каждым разом все туже затягивать кожаную поддевку, которую носит под доспехом, но она помогает ему лишь до времени. Жир обхватывает его ладное тело, скапливается под кожей, ровно укладываясь и на грудь, и на бока, где постепенно сворачивается в складки, и более всего - на округлившийся беззащитно-мягкий живот. Чем больше тот растет, тем тяжелее Тору становится лишний раз подниматься с места, прежде нетерпеливый, он становится малоподвижным, ленивым - и от этого толстеет еще сильнее. Тор больше не воин, и понимает это - в его руках еще есть сила, но слишком быстро навалившаяся на него непривычная тяжесть делает его неуклюжим, неспособным нападать или отражать удары, в считанные месяцы из первого во всех битвах воителя он превратился в расплывшегося бездельника, но, рассеянно касаясь своего изменившегося тела - мягких складок на груди, живота, уязвимой складкой переваливающегося через пояс, Тор понимает, что это печалит его меньше, чем он мог бы представить.
Нескончаемые капли воды падают и падают на Локи, он кружится внизу, в своей темнице, будто мучимый блохами пес, который не может улечься, чтоб его не кусали. А потом он собирает воду в ладони и пьет ее, потому, что другой у него нет. К решетке подползает змей с золотистой головой, он разевает свою пасть, и яд капает с его выставленных зубов, в такт с водой ударяясь об кожу Локи, обжигая ее, тот от боли кусает губы до крови и вновь пытается вскарабкаться по гладкой стене к свету. Тор думает обо всем том времени, которое потратил на то, чтобы забыть Локи, и понимает, что его было слишком много - для чего-то столь бесплодного, и чем больше он думает, тем чаще ему кажется, что прочные стены Асгарда становятся тесны для его души и его горя, как стала тесна для раздавшегося тела старая одежда.
Месяцы тянутся долгие, будто голые крысиные хвосты, хлещут по щекам, к завершению года заключения Локи теряет счет дней, и может лишь гадать, как долго томится в тесноте и полумраке. Но всему приходит свой конец, и однажды Локи поднимают из его темницы молчаливые стражи, и ведут по красивым коридорам асгардского дворца - в тронный зал, к отдавшему им приказ Тору, который с улыбкой приветствует брата. Он не сидит, а стоит подле трона, по движениям его легко угадать, что под алой и золотой тканью одеяния, Тор сдавлен тугим корсетом, будто немужняя девица, нечаянно зачавшая дитя, и пытающаяся укрыть от любопытных взглядов свое положение, но эта попытка едва ли может назваться удачной - даже стянутый сверх всякой меры, пояс Тора едва ли кажется уже могучих плеч.
- А ты изменился, мой брат, - губы Локи вздрагивают, будто в усмешке, но она скорее напоминает судорогу, - не похож больше на прежнего ловкого воина.
- И ты тоже не остался прежним.
Локи щурит выцветшие глаза от сверкающего асгардского золота и серебра, но не опускает головы, прежний в одном, он изменился в ином за проведенное в темное время: он не столько отощал, сколько истлел, его кожа стала похожей на липкий воск, рот будто оплавился от ночного холода темницы, и усмешка стала гримасой. Но в нем все еще живет колдовство и воинская хитрость, что не уступает в своей ценности силе, Тор видит это.
- Скажи мне, брат, - говорит он, глядя Локи в глаза, и только тогда от отводит взгляд, - смирился ли ты? Готов ли ты раскаяться в свершениях, и вместе со мной служить всему народу асов?
- Что же, властитель Асгарда, - Локи шипит, будто змей, чей яд стекал по его плечам, но покорно становится на колени, - я готов принять твою власть, если ты примешь мое сожаление.
Тор спускается вниз по ступеням и подходит к нему ближе: голос Локи не дрожит, но это не значит, что в нем нет сожалений. Любая вина имеет свою цену, и нет такого греха, какой нельзя было бы искупить. Локи поднимается с колен, чтобы снова посмотреть Тору в глаза - тот становится рядом, так близко, что слышно его дыхание под натянутой парчой.
- Так ты готов принести клятву верности, на крови и на сердце, на нашей прежней братской дружбе, что пойдешь более против воли моей, как воли нашего отца? - он говорит "нашего", и Локи встряхивает головой. Слипшиеся от влаги, которая никогда не высохнет, волосы ударяют его по щекам.
- Знаешь, я думаю, тебе нужен тот, кто поможет нести тебе тяжесть правления отцовскими землями, - шепчет Локи, склонившись к уху Тора, как делал прежде, - и, даже после моих прежних ошибок, ты доверяешь моему уму больше, чем умам других. Я готов помогать тебе советом, готов, если потребуется, я повести в бой воинов Асгарда, и они одержат победу, - говорит он, и не лжет, - лишь позволь мне сидеть у своего трона: я был неправ, пытаясь стать первым, но ты будешь неправ, если не позволишь мне стать вторым в царстве.
Тор берет его за подбородок, осторожно, как будто боится раздавить кость, слишком сжав пальцы:
- Если я хоть на миг усомнюсь в тебе, ты вернешься в подземелья, и более никогда не выйдешь оттуда, понимаешь?
Локи усмехается, подаваясь назад: на языке его - множество слов: то, что сказал бы прежний Локи, еще не знавший о лжи, которую говорили ему, и не знавший мести за нее: "я выдержу любое твое испытание, скажи-ка лучше: а швы твоего наряда выдержат, если ты сядешь в нем на трон?", и то, что сказал бы упрямец, брошенный в темницу: "я могу попробовать сдержаться, ты можешь попробовать поверить, и узнаем, кто из нас умнее".
- Ты не усомнишься, - он снова не лжет.

Так что же: и жили они долго и счастливо, век за веком, до тех пор, пока время не превратило золотые волосы Тора в серебряные, а Локи не обратился едва в дышащую мумию, высохшую от времени, как забытая на столе хлебная корка?
О нет. Не совсем так. Заживают только те раны, которым сам позволяешь зажить, а Локи не из тех, кто позволяет ранам затягиваться. Боль делает его сильнее, как и память, и, день за днем подчинив своей воле правление брата, он не завершил месть, а лишь начал ее, но это - совсем иная история.

Вопрос: Оценка?
1. 3  3  (25%)
2. 4  1  (8.33%)
3. 5  8  (66.67%)
Всего: 12

@темы: Фанфикшн, Стаффинг, Боль в животе, Thor, Stuffing

00:16 

EvilStufferSebastian
Не помню, откуда. Тем, кто укажет источник, - огромное спасибо!

Название
Фэндом -Thor (мувиверс)
Пейринг Локи, Тор (пре-слэш)
Рейтинг -PG-13
Жанр
Краткое описание Написано на заявку

Тор вошел в спальню с медлительной осторожностью, поддерживая свой живот левой рукой – тот, раздутый после долгого пира, выпирал до нелепого сильно.
– Неужели ты наконец наелся? Я жду тебя здесь так долго, что успел заскучать, – Локи смотрел на него с улыбкой и любопытством.
Они давно уже уговорились встречаться вечерами здесь, в покоях Тора, порог которых никогда не переступит нежеланный гость, а, значит, никто не узнает о том, чего лучше не знать. В любви, которой они предавались ни один из них не видел преступления, но обоим хватило ума понимать: не каждый примет их взгляд.
Но сегодня, казалось, Тор ни в малейшей мере не был расположен к любовным играм, потому, что уже посвятил довольно времени утолению другой своей страсти. Некоторые шутили, что он способен в одиночку съесть хоть жаренного быка, и, порой, Тор будто намерено пытался подтвердить их правоту. Не случалось еще ни разу, чтобы он обошел своим вниманием пир, устроенный в честь праздника или прибытия гостей – и на каждом из них он съедал и выпивал столько, сколько мог не ощутив дурноты. Однако, в этот раз, казалось, он изменил привычкам и съел достаточно, чтобы почувствовать себя плохо.
Его широкий вышитый пояс был застегнут, но спущен до неприличия низко по более чем очевидной причине: на положенном месте он едва ли бы сошелся теперь, да и завтра Тор вряд ли сумеет его застегнуть на животе без усилий.
Со все той же чуждой ему обычно неспешностью, Тор подошел к кровати. Локи приблизился к нему, сожалея, что сам ушел с пира слишком рано, и не сопроводил брата до спальни – должно быть в пути тот представлял весьма забавное зрелище.
– Не зря поговаривают, что никто не сравнится с могучим Тором ни в силе, ни в ненасытности, – Локи расстегнул пряжку его пояса и дотронулся до того места, где она впечаталась в кожу, оставив неровный след, который сойдет, скорее всего, только к утру, – хотя насчет первого я не слишком уверен.
Не удостоив ответом эти слова, Тор сел на кровать, а затем медленно откинулся на спину, дыша тяжело, точно после боя. Его живот, разбухший от непомерного количества съеденного и выпитого, выпирал, точно у беременной женщины, открытый к любому прикосновению.
Локи, склонившись ближе, провел по нему раскрытой ладонью, а потом надавил, чуть ниже раздутого желудка, зная, почти чувствуя, что от такого прикосновения к горлу Тора подкатит тошнота – не столь сильная, чтобы окончиться рвотой, но достаточная, чтобы порозовевшие губы скривились, как если бы Тор испытывал боль.
– Оставь меня в покое, брат, – утомленным голосом произнес он, но Локи лишь насмешливо фыркнул в ответ, надавливая чуть сильнее.
– Не оставлю. Нет ничего опаснее, чем оставлять без присмотра кого-то столь беззащитного.
– Я не беззащитен.
– Неужели? Я сказал бы, что тебе и подняться сейчас было бы тяжко, не то, что сразиться с напавшим врагом.
Тор устало закрыл глаза, показывая, что не хочет или не может спорить, и Локи снова провел ладонью по его животу, а потом запустил пальцы под распущенную шнуровку штанов, чтобы дотронуться до члена, расслабленно вялого, но готового налиться кровью настойчивых и ритмичных прикосновений. Другой рукой он снова погладил живот Тора, плотный и туго набитый. Натянувшаяся кожа казалась теплее обычного, но не как у больного лихорадкой, вовсе нет – то было приятное тепло, переходившее в кровь Локи, согревавшее и его, как если бы он продрог.
– Оставь меня в покое, – повторил Тор, но в этот раз его голос звучал уже с меньшей строгостью.
– Неужто ты не в силах за себя постоять? – Локи сжал его член сильнее, чтобы почувствовать, как тот твердеет, а потом перевел взгляд на лицо Тора: на лбу и под глазами у того проступила испарина, но губы сложились в улыбку в которой легко было узнать позволение продолжить ласки.
Локи снова надавил на его живот, чуть выше заметного теперь отпечатка пряжки, некрасивого, неровного, похожего на шрам – и Тор негромко застонал. Он уперся сжатыми кулаками в постель, будто желая приподняться навстречу этим движениям, но был не в состоянии, и снова безвольно откинулся назад, позволяя Локи в несколько движений завершить начатое.
– Если продолжишь столько есть, то в скором времени разжиреешь, как гусь, откормленный к осенним праздникам.
– И что же? Ты тогда не будешь меня любить?
Локи снова фыркнул, вытирая об простынь испачканную семенем руку, а потом лег на постель подле Тора, прикасаясь виском к его крепкому плечу. Они, опасаясь слухов, нечасто оставались вместе на всю ночь, но любили лежать вдвоем, так близко, чтобы слышать перестук сердец.
– Ты, верно, глуп, брат, если так думаешь. Ничто не заставит меня разлюбить тебя.

Вопрос: Оценка?
1. 3  3  (20%)
2. 4  3  (20%)
3. 5  9  (60%)
Всего: 15

@темы: Фанфикшн, Стаффинг, Живот, Боль в животе, Thor, Stuffing

01:01 

EvilStufferSebastian

Вопрос: Оценка?
1. 3  2  (22.22%)
2. 4  2  (22.22%)
3. 5  5  (55.56%)
Всего: 9

@темы: Стаффинг, Картинки, Живот, Боль в животе, Stuffing, Sherlock BBC

01:02 

Добрый вечер!

EvilStufferSebastian
Добрый вечер!
Мы приветствуем вас в сообществе и желаем выслушать ваши пожелания и замечания.
П.С.: Кинковых картинок у нас достаточно, фанфиков - также.
Смогли бы вы, уважаемые читатели, читать на английском?
запись создана: 04.11.2012 в 23:15

Вопрос: Смогли бы вы, уважаемые читатели, читать на английском?
1. Да  8  (44.44%)
2. Нет  10  (55.56%)
Всего: 18

@темы: Вопросы, пожелания, замечания, Администрация

20:53 

Галереи художников

EvilStufferSebastian
Галереи художников, которые рисуют и пишут по кинкам:
  • стаффинг (stuffing)
  • вг (WG, weight gain)
  • блоутинг (bloating)
  • мпрег (mpreg)
  • фемпрег (fempreg)
  • вор. (vore)


  • Делитесь своими )


    prisonsuit-rabbitman.deviantart.com

    squidbiscuit.deviantart.com

    cantdenyilovethatguy.deviantart.com

    spider123357.deviantart.com

    oogies-wife67.deviantart.com

    bellycentral.deviantart.com

    bellyenthusiast.deviantart.com

    chubsmuggler.deviantart.com

    fishy-custard.deviantart.com

    heavilyweighted.deviantart.com

    growinluvhandles.deviantart.com

    animebellyfan.deviantart.com

    mrschanchara.deviantart.com

    devilmaycrygirl17.deviantart.com

    muhboobz.deviantart.com

    olympic-dames.deviantart.com

    cowcat44.deviantart.com

    supersquiggles.deviantart.com

    kazuv.deviantart.com (фемпрег)

    axel-rosered.deviantart.com

    shadowpencil.deviantart.com

    browniebits.deviantart.com

    ittanmomen.deviantart.com

    zanten.deviantart.com (vore)

    evilstuffersebastian.deviantart.com (моя)

    liesisvies.deviantart.com

    mogologo.deviantart.com

    bunnybelly.deviantart.com

    storpotaten.deviantart.com

    1o1whorrifying1o1.deviantart.com (фемпрег)

    risto-licious.deviantart.com

    tekoyo.deviantart.com

    metalforever.deviantart.com

    kipteitei.deviantart.com

    brigadier-noir.deviantart.com

    pew-pew-pow.deviantart.com

    evilstuffersebastian.deviantart.com


    @темы: Галереи художников, Вор, ВГ, Боль в животе, Блоутинг, Аниме, Weight gain, WG, Vore, Stuffing, Sherlock BBC, Naruto, Mpreg, Kuroshitsuji, Hellsing, Fempreg, Deviantart, Death Note, Bloating, Bleach, Живот, Картинки, Мпрег, Ориджмнал, Рассказ, Роллевые, Стаффинг, Темный Дворецкий, Фанфикшн, Фемпрег, Художники

    18:44 

    EvilStufferSebastian
    Название: Приятного аппетита!
    Автор:Cheshire Chester
    Фэндом:Ориджинал, заявка
    Персонажи: Шоколад, Самоубийца
    Рейтинг: PG-13
    Жанры : Ангст, Юмор, Драма, Даркфик, Ужасы, POV, Эксперимент
    Предупреждение: Смерть персонажа, Нецензурная лексика
    Краткое описание: Шоколад тоже хочет жить!



    "Смертельная доза для человека - десять килограмм шоколада. Если мне и придется покончить жизнь самоубийством, то я умру именно так."
    Ну что, проверить решила, тупая сучка?
    Целый вечер эта идиотка сидит и жрет меня.
    Я же не виноват, что ее бросил парень? Я эту ебанутую тоже б бросил! Почему?
    Специально десять килограмм купила, сволочь. Даже с половиной - запасливая. Ну да, а вдруг не хватит? А то, что сахара съесть хватит всего 250 грамм мы не читали...
    А это было бы проще. И благосклоннее ко мне. И к сахару. Он бы быстрее отмучился. И ты б быстрее...
    От шоколада тоже вырвет!!!
    Я предупреждал... Ох уж эта мода на сладкую, блядь, смерть. Все равно будет плохо. Корчиться в конвульсиях на полу тоже никто не отменял. И закопают в ту же землю, что и всех, в стандартном деревянном ящике...
    И, ну не будет у тебя пряничных домиков и зефирных пони! Вообще галлюцинаций не будет...
    А еще чуть-чуть, и будет не менее забавное зрелище, в виде кровавых фонтанов, говорю же, ну не влезет в тебя мои десять килограмм.
    НЕ ВЛЕЗУТ!!! Правильно, помоги конфетками, они поменьше. И от них быстрее, наконец, сдохнешь и прекратишь жевать меня.
    И вообще это уже не только самоубийство, но и еще насильственная смерть меня, шоколада, и убийство, мной же, тупой дурочки, читающей много статусов в интернете...
    Моя месть страшна... Буу! Нет, не боится.
    Офигеть, ну совсем сдурела баба от глюкозы! Ей плохо, из нее эти лакомства уже выпирают, остатки разума, растекаясь по черепной коробке, от нахлынувшей резкой волны сахара, заставляют эту дуру вопить о помощи, беспомощно рычать, а руки запихивают в рот еще конфет.
    Лицо уже приняло серо-буро-малиново-пошкарябанный оттенок на зеленом фоне. От разводов слюней, соплей, крови с шоколадом и, наконец-то, слез.
    А я говорил что моя месть страшна?
    Говорил?!
    Говорил. Хорош меня жрать! Вот теперь и не надо мне...
    Не, ну вы это слышали? Она заявляет, что шоколад не разговаривает! И... Умирает? Ну и как ей теперь ответить? Кто по ее мнению тут распинался?! И зачем?
    Ладно, я растворяться... До судмедэкспертизы, ребят. И я здесь ни при чем, это она сама... Сама себя убила.
    Приятного аппетита, милочка.

    @темы: Рассказ, Ориджмнал, Живот, Боль в животе, Stuffing, Стаффинг

    15:01 

    EvilStufferSebastian

    Stuffing

    главная